Вот такая канитель...(часть четвёртая).

Он писал мне каждый день, иногда несколько раз за день, но так как он находился на корабле и почту туда привозили и забирали не каждый день, то письма копились, а потом приходили все кучей. Писал, не дожидаясь ответа на предыдущее письмо, я делала то же самое и получалось, что ответы опаздывали. Но это было в той переписке не очень важно, так как это часто были риторические вопросы, то есть вопросы, не требующие прямого ответа. Это по сути были листочки из дневника его и моего, письма - исповеди, письма как всплески наших душ...Очень часто, когда я приходила домой с работы, то мой ящик был забит пачкой писем, Его писем. Я закрывала в школе дверь и летела домой как на крыльях, потому что знала, что там ждут меня Его письма. Проверяла детские тетрадки, писала планы уроков, а потом писала ему письма...и неважно, что в этот день их не было, значит, через день-два я получу сразу 5-7 штук. Мы просто уже не могли жить без этого общения, я просто с головой утонула в этой переписке и в целом мире для меня в то время не существовало никого! Постепенно письма как-то сами собой стали более интимнее что ли, нет, там и намёка не было на что-то вульгарное, типа секса и т п. Нет, но столько в них было душевного тепла и чего - то такого, что предназначалась только мне и делиться с кем-то этим было просто кощунством. Трудно передать, что я чувствовала тогда, но мне казалось, что Он - это моя Мечта, это моя Судьба и другого никогда я не смогу любить так, как я его любила в то время. Сейчас думаю иногда, а можно ли это назвать любовью, неужели можно влюбиться в человека по письмам, в чужого, совершенно незнакомого человека, которого ты видела один только раз, да и то мельком? Это странно кому-то, наверное, но тому есть пример, может, кто-то слышал о лейтенанте Шмидте и его почтовом романе? Одна единственная случайная встреча с женщиной, а потом были только письма и любовь, которая его сопровождала всю его короткую жизнь. Значит, бывает такое в отношениях людей?
Как ни странно, мои родители относились к этой переписке вполне нормально, всегда отдавали мне письма, никогда не пытались их прочитать. Может потому, что не знали, что я переписываюсь просто с незнакомым человеком.
Как-то я пропустила несколько дней, дня два, может, так как ездила на конференцию учителей в район,и не писала ему. Естественно, это сразу заметно в нашей ежедневной переписке. Вот тогда он впервые мне написал, что когда привезли почту и там не было ни одного письма для него, он очень испугался, что мне надоело ему писать и он никогда больше не увидит моего ровного почерка, что я стала неотъемлемой частью его одинокой жизни и для него нет человека ближе и роднее, чем я. Хотя не было ни одного слова о любви, но всё было понятно и так.
Мы уже строили планы о нашей встрече, так как срок службы у него скоро заканчивался...(продолжение следует). На этом и последующих фото А.Синкин.

Вот такая канитель ... (часть третья).

По распределению я поехала работать в своё Богоявление, так как на меня пришёл запрос из местного РОНО (это мой отец постарался). Дали мне тогда сразу третий класс, ох и намучилась я с ним! Этим детям просто не везло с самого начала, проучились всего два года в школе, а сменилось в их классе несколько учителей. Я была у них не то 7, не то 8. Класс был запущен до крайности - пришли в третий класс учится, а не освоили программу второго класса, да ещё самый большой в школе по численности - 42 человека, из них 5 или 6 второгодников, и даже 2 или 3 третьегодника были. Ничего-то они не умели и не знали эти дети: ни учебного материала, ни дисциплины в классе не было. Первый раз пришла я в этот класс, боялась ужасно, но ничего, они меня нормально встретили, многие меня знали просто как свою соседку, моя крестница Ольга Котунова здесь же в моём классе была. Помню, иду по улице после первого сбора, а одна девочка увидела меня на улице и кричит своему младшему брату: "Сашка, смотри, вон эта девочка - наша учительница!" Я же ростом маленькая, худенькая, некоторые девочки в классе, не говоря уж о мальчиках, были с меня ростом и даже выше. Но как-то я нашла контакт с этими детьми и к дисциплине их приучила и материал подтянул. В то время был такой переходный период, вводилась новая программа, причём учитель сам выбирал, по какой программе ему работать, а с четвёртого класса уже начиналось предметное обучение, то есть, третий класс был выпускной. У меня за год двое детей вышли в отличники, но я боялась, что в 4 классе они съедут, но они не подвели меня.
Вот из Богоявления я и написала письмо тому морячку, вот, мол, я теперь эдесь живу и работаю в школе учителем. Он ответил быстро очень, как будто письмо его было уже написано и он только ждал адрес. Очень интересно всегда было читать его письма, так как он писал так, как будто дневник вёл. Он мне рассказал всё о себе. Он сам детдомовский, родом из Ленинграда, отец, как он выразился, заблудился в подвалах НКВД, когда Толик, так звали морячка, был ещё маленьким, мама умерла, когда ему было 6 лет. После смерти матери соседки написали тётке в Кемерово, но та не ответила и ребёнка благополучно отправили в детдом. Жизнь там у него была несладкой: "Я ещё на детский кулачок намотал этих горьких сопелек..." так писал он о своём детстве. Очень рано у парня проявилась творческая натура, он хорошо рисовал и лепил. Его учитель рисования сумел распознать его талант и устроил мальчика в очень престижную художественную школу при Академии художеств г.Ленинграда. "Это была школа бездарных детей и одарённых родителей, а я был там белой вороной."Он мне часто рисовал разные рисунки в письмах, потом даже прислал вырезанную на линолеуме летящую бригантину, посылочку такую сделал, вложив в неё ещё и матросскую тельняшку, которая долго у нас хранилась, пока я её не отдала. Он всегда писал очень много и подробно, у него был очень интересный слог, чувствовалось, что человек он неординарный...Я отвечала тем же, подробно рассказывая, как у меня дела в школе, как я борюсь с этим трудным коассом...Постепенно писем становилось всё больше и больше...(продолжение следует). На фото - одна из ранних работ моего друга.

Вот такая канитель...(часть вторая).

Это первое письмо я помню хорошо, оно будто стоит у меня перед глазами...Этот ровный красивый почерк, тёмные чернила, чётко выделенные абзацы...И начиналось оно несколько необычно: "Если человек обливает другого грязью и выставляет дураком, то надо подумать, кто из них дурак, а если это делают оба, то всё ясно..." И только после этого эпиграфа стояло традиционное "здравствуй". Парень написал, что всё это время писал мне он, а не Сергей, как мы думали, так как Сергея перевели на другой корабль, а он взял никому ненужное письмо как-то, открыл его и начал отвечать. Но ему это надоело и он предложил мне просто писать друг другу нормальные человеческие письма, так как он человек очень одинокий и ему никто не пишет. Чем - то это письмо меня задело тогда, необычным слогом, какими-то нестандартными выражениями, чувствовалось, что парню действительно очень одиноко и тоскливо...Я просто не могла бросить его и не ответить. Ответила, тем более, что он написал, что он уже видел меня, когда приезжал к Сергею в Лукоянов. Это был тот самый молчаливый морячок, что когда-то всегда стоял в сторонке и не глядел на нас! Мы тогда с девчонками долго вспоминали, какой он из себя, я помнила только - тёмненький, невысокий, симпатичный парнишка.
Начались госэкзамены и мне было не до писем, поэтому на второе его письмо я не ответила, отложив это на потом, тем более, что ничего существенного в нём и не было.Вернее, я просто написала ему, что у меня госы и я скоро просто уеду из Лукоянова, напишу, как только освобожусь. Мы сдавали четыре госэкзамена, на подготовку времени давали много, так что экзамены растянулись на целый месяц. Я тогда сдала три экзамена на 5 и математику на 4, хотя могла и её( как считала мой учительница), сдать на 5, но я не верила Ольге Александровне тогда и считала, что математика не мой конёк. Только в ВУЗе убедилась в обратном, когда поступила на факультет экономики. Но вот сданы последние экзамены и впереди выпускной бал! Первый мой бал в белом бальном платье! До писем ли мне было! Я купила белый исскуственный шёлк, сама кроила и придумывала фасон, сама шила на руках! Машинки-то не было у нас на квартире. Красивое было платье, всем понравилось, наша квартирная хозяйка меня очень хвалила и всё своей дочери в пример ставила. Выпускной вечер нам делало педучилище полностью за свой счёт и мы нисколько не складывались тогда. Столы были накрыты в спортивном зале: было шампанское и красное лёгкое вино, много сладостей и всяких вкусностей, как вознаграждение за наши голодные студенческие годы. Тогда в моду только вошёл твист, вот его-то мы и танцевали на балу большей частью, когда окончилась та танцевальная программа, что была намечена организаторами вечера. В тот вечер мы отрывались, как сейчас говорят, с одним парнем из группы Д Сашкой Резайкиным, такой низкий твист мы с ним делали...А потом до самого утра я гуляла с другим парнем по имени Слава, не помню уже, почему именно с ним я тогда ушла, он вообще не был студентом, просто работал водителем грузовика и возил нашу агитбригаду на концерты и ухаживал в то время за Валей Лапиной! Но мы с ним просто разговаривали обо всём и ни о чём, он тогда сказал, что когда на концерте в Кудеярове я вышла на сцену в коротком платье с бантом на голове и начала детским голоском читать свой монолог, то он подумал, что мне всего лет 13, не больше...
Наверное, можно подумать, что я отвлеклась и ушла в сторону от основной темы, но это не так. Это мой литературный приём, что бы затянуть время и дать понять, как и чем я была занята и почему не писала своему морячку, а он ждал и, как оказалось, очень переживал по этому поводу...(Продолжение следует). На фото тот самый морячок.

Вот такая канитель...(часть первая).

Ещё когда учились в педучилище на 3 курсе, пошла у нас среди девчонок мода - переписываться с парнями из армии. Доставали адреса кто как мог, то знакомые дадут адресок своего родственника, то какой-нибудь счастливице пришлёт из армии адреса её парень, а она раздаст их подругам. Таким образом я переписывалась сразу с троими, кажется, парнями.
Я уже писала, что когда мы учились на 4 курсе, то жили уже на другой квартире и там в соседнем доме жил мальчик младше меня на 4 года - мой потенциальный обожатель. Вот у него-то и служил в армии во флоте старший брат Сергей. Он приезжал на побывку со своим другом и они приходили к нашему дому частенько, когда мы там собирались на завалинке и песни-пляски под баян Сони Власовой заводили. Сергей был парень очень насмешливый, весёлый, как говорится, слова в простоте не скажет, а вот его друг нам почти не запомнился, так как был очень замкнут и молчалив, всё время в сторонке стоял и даже не глядел на нас, как нам казалось тогда.Да и мы не обращали на него внимания.
Вот этот - то Сергей и решил написать мне письмо после того, как уехал к месту своей службы. Почему именно мне он тогда написал, наверное, потому, что больше всех именно со мной у него была словесная перепалка всегда. Первое письмо было откровенно хамское, с издёвкой, с какими - то не очень хорошими иллюстрациями, без мата, но почти на грани. Мы и поржали тогда основательно с девчонками нашими, но решили спуску не давать и тоже ответить в том же духе. Помогать мне вызвалась моя подружка Тоня Хитина, с которой мы в то время вместе жили и дружили больше всех. Я сочиняла, а она рисовала смешные картинки, что она умела делать классно в карикатурном стиле. Помню, она нарисовала мужичка в семейный трусах, волосатого, лысого - это мы назвали"Портрет Сергея", который делал гимнастику. Сначала мы обычно читали эти письма все в комнате, а потом уж отсылали. И так подобная переписка длилась у нас месяца два примерно, почти до госэкзаменов. Я заканчивала и мне надо было готовиться к серьёзным экзаменам, не до такой переписки стало и писать я просто бросила, а Тоня одна тоже не захотела, так, казалось, всё затухло...
Но только казалось, а на самом деле всё только начиналось. Именно в этой переписке я и встретила человека, которому были отданы всего несколько месяцев моей жизни, но тем не менее, который оставил в ней такой светлый и грустный след...Поэтому, я решилась всё-таки написать о нём здесь. Его письма я хранила много лет, о них знал мой муж. Он тогда сказал мне: "Зачем ревновать к прошлому, было и было...", но читать тогда наотрез отказался.
После перерыва почти в два месяца пришло письмо от Сергея, мне читать было некогда и оно валялось несколько дней нераспечатанным, пока кто-то из моих соседок по комнате его не открыл (так как эта переписка заведомо была общей, то такое допускалось). Но, оказалось, что содержание этого письма предназначалось только для меня, поэтому мне его и передали с извинениями.(Продолжение следует). На фото тот самый корабль, на котором служил наш друг по переписке.

80-летний юбилей.

Да, Лукоянов - это особая часть моей жизни, самая лучшая часть моей юности. Здесь я встретила лучших учителей в моей жизни, которым я многим обязана, здесь я встретила моих лучших друзей, с которыми и сейчас имею крепкую дружбу, здесь формировался и закалялся мой характер и взляды на жизнь, которые в дальнейшем во многом определили мою судьбу. И не забыть этого, и не стереть из памяти...
Прошлым летом 1-го июля 2009 года мы праздновали юбилей - 80 лет педучилищу, а ныне это педагогический колледж. Я тоже ездила туда со своими подругами. Столько народу было!!! Наверное, Лукоянов не видел такого нашествия со дня монголо-татарского ига, если таковое имелось в его истории.Когда мы ехали, то у же на автостанции в Арзамасе вокзал был забит пассажирами до отказа, очереди в кассы и толпы людей, осаждающих транзитные автобусы, найти такси было великим счастьем - все ехали в Лукоянов... Нас было трое, мы сначала растерянно потоптались около рейсового автобуса, потом какие-то трое молодых мужчин пригласили нас с ними вместе взять частника, почему-то там вмещалось как раз 6 человек и дешевле поэтому получалось, но тут, о, счастье! контролёр, проверив билеты, разрешила водителю взять ещё несколько человек и мы, зажатые так, что не вздохнуть, но счастливые, двинулись в путь...
Через час мы были на автостанции в Лукоянове, наивные, ждали городской автобус до педучилища. Но в этот день любой дребезжащий и разбитый "Беларусь" был роскошью, не только автобус. Нам повезло и мы нашли частника на какой-то иномарке, спрашиваем:"Сколько за проезд?". "60 рублей". Дорого(городок-то маленький, вся дорога на машине минут 10), но куда деваться,протягиваем водителю 180 рублей(по 60 с каждой), а он нам: "Да всего 60, а не с каждой, я так на вас озолочусь". Но до педучилища он нас всё-таки не довёз, так как весь центр города был запружен припаркованными машинами и перекрыт милицией, городской транспорт туда не ходил тоже. Шли пешком...И вот мы на площади Мира, а вот и наша родная ALMA-MATER...Сразу же у входа в толпе увидели своих однокурсников, однокашников. Так как мы держим связь всё это время друг с другом, то, конечно, мы из нашей группы многих знаем в лицо, но всё равно долго не виделись, а кого-то вообще не видели все эти годы...Обьятия, слёзы, смех, вопросы...Прошли регистрацию, конечно же фото на память, муж Вали Лапиной снимал нас на видеокамеру. По традиции ходили нашей группой на кладбище, почтить память учителей, постояли молча на могилках Иринарха Ивановича, Куманёва, возложили цветы...А потом было торжественное собрание в местном ДК, зал просто не мог вместить всех приехавших и всё происходящее транслировалось на площадь. Столько проникновенных слов было сказано, как ревел зал, когда кто-то из гостей выходил на сцену и говорил: "Я - выпускник ...года и моё имя..." Самое большое количество было с нашего курса, так как нашему выпуску исполнилось 40 лет! Прекрасный концерт, и мы увидели, что наши традиции не потеряны, всё также в колледже работают увлечённые и творческие люди. Выступал министр образования правительства Нижегородской области и а'капелла спел песню о любимом городе!
Но главной частью нашей встречи было, конечно же, неформальное общение после торжественной части. Весь наш выпуск собрался в саду у Шуры Валовой(Павловой), которая преподаёт в колледже русский и литературу и живёт в Лукоянове.Долго сидели там на природе, угощение купили в магазине, а потом уже небольшой группой в 6 человек пошли на квартиру к другой нашей однокурснице Маше Морозовой, где мы должны были ночевать, Да какой там сон! Всю ночь говорили, говорили, говорили...
А на площади в городе до поздней ночи гремела музыка и были танцы...Всего в Лукоянов в тот день съехалось 2000 человек, а в городе население всего 750 человек...
На память осталась видеозапись от Вали Лапиной...На фото мы в один из наших приездов в Лукоянов уже после окончания, а на втором фото мои подруги теперь и в социальных сетях тоже - справа Аня Червен(Жирнова), а слева Валя Кочергина(Сидорова).